Дневник паломника домой

Я еду в Екатеринбург. Последние дни я только этим и жила. Я представляю себе дорогу домой из аэропорта: солнечное утро, запах плавящегося на солнце асфальта, одуванчики вдоль дороги и звук «Эха Москвы». Мои мысли спешат на дачу, где меня ждут мамин огород и бабушка, которая в 91 год читает детективы и отгадывает кроссворды из газеты «Аргументы и факты». На меня прыгает глупый пес Тоби, а его мать Рокси ложится на бок, чтобы я погладила ее белый живот. Мама накрывает на стол, и мы обедаем окрошкой, в которую она добавила целую охапку укропа, зеленого лука и любистока. Так я выстраиваю целый фильм из замысловатых деталей, улыбок, объятий, запахов и предвкушений.

 

Я приезжаю домой. Пузырь моих фантазий лопается в один миг без всякого предупреждения. На улице дождь, и уральское лето, видимо, уже пролетело мимо. Меня встречает мама, которая почему-то выглядит хрупкой и растерянной, а не высокой красавицей, которая живет в моем сердце. Папа тоже изменился, и я теперь вынуждена выбирать слова, чтобы не поругаться с ним из-за «крымнаш» или «кремлеботов». Каждый приезд я не узнаю новые постройки и город, который живет и меняется, а не остается статичной фотокарточкой моих воспоминаний восемнадцатилетней давности. Каждый раз мама пытается купить мне авокадо или моцареллу, когда мне больше всего хочется хреновины с помидорами, пирожков с луком и холодца. По радио и телевизору звучат странные для меня слова: «лонгрид», [американский] «панкейк», «шортбред», «нетворкинг» и «форвард» - которые меня раздражают. Так и проходят первые деньки: мои иррациональные ожидания борются с действительностью, и я никак не могу расслабиться.  

 

Идет дождь. Я сделала себе гнездо из подушек и пледа у окна. Я сижу и читаю, не отвлекаясь на интернет, как это обычно происходит. Эта настоящая роскошь -  просто сидеть и читать, не думая о делах и заботах. Мама солит огурцы и принесла мне свежий огурчик из своей теплицы. Позже мы пьем чай, заваренный с дачной мятой и листьями смородины, и смотрим на дятла, который принялся за работу, как только утих дождь. Моя тетя Наташа принесла ревень со своего участка. Кажется, в детстве она делала из него кисель, но у меня есть идея получше. Я делаю пирог из ревеня с песочной крошкой («Крамбл?» - уточняет тетя Наташа, и я не сопротивляюсь), который, кстати, мне гораздо больше нравится с нашей сметаной, чем с мороженым или кремом. Папа затопил баню, и вечером мы идем париться со свежезаготовленными березовыми вениками. Я балдею от удовольствия.

И тут как будто тучи рассеиваются. Я уже больше не пытаюсь что-то сравнить, и моя ностальгия дает место новым ощущениям. Уже на будущий год я знаю, я буду думать о том, как было хорошо беззаботно читать, и какие вкусные у мамы огурцы, и как здорово я сходила в поход со старушкой Рокси, которая не тянула за поводок, а шла моим темпом, высунув язык. Я полностью расслабляюсь, и мне не хочется уезжать.

И так каждый раз паломник домой переживает целое море эмоций и снова уплывает вдаль - чтобы когда-нибудь вернуться. 

 

 Яна Бакунина

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *