Виктория Платова «Stalingrad, станция метро»

Виктория Платова «Stalingrad, станция метро»АСТ/Астрель, М., 2010

«…Будучи купленной, эта вещь теряет две трети своего обаяния. Нет, три четверти. Нет – девяносто девять целых и девять десятых процента. Примерно так думала Елизавета Карловна Гейнзе, доедая яблочный штрудель и сверля вещь глазами».

Виктория Платова – барышня во всех отношениях колоритная. Предпочитает тонким дамским сигаретам курительную трубку, а бокалу мартини с непотопляемой оливкой – стакан виски. Любит загадочные безделушки с барахолки и мятный марроканский чай. И не умеет писать детективы, которые, как ни странно, сделали ей имя в современной русской литературе.

Платова, по собственному определению, пишет «психопатологическую» прозу, отличающуюся от обычной своей «женской» реинкарнации так же, как сама Виктория от куклы Барби. И по форме(-ам), и по содержанию.

«Stalingrad, станция метро» – роман, заключенный в вечное «между»: реальностью и вымыслом, «благословенным тирамису» и ватрушкой с творогом, розовыми сверхидиотскими мечтами и серой депрессивной действительностью, объемной лодыжкой и голенищем сапога с приличным логотипом, любовью и ее присутствием, жизнью и ее отсутствием.

Главная героиня Елизавета – упитанная и нелепая. Маленький большой человек, который бежит от агрессивной внешней среды в цветные миры своего воображения – себя как Кэтрин Зиты-Джонс (принцессы Монако, известной охотницы на крокодилов, музы Тарантино и далее по списку) и жизни как карусели в парке аттракционов, где любой негатив можно заесть сладкой ватой.

Роман Платовой – как съеденный яблочный штрудель: будучи прочитанным до конца, теряет 99 % своего первоначального обаяния, но не потому, что неинтересен. А потому, что обманчив, как внешность главной героини. Начинаясь как легкая история о лишних килограммах молодой девушки в поисках любви (вернее, ответа на вопрос – «кого я могу полюбить?», кроме добродушного отца с буйной фантазией и аккордеоном «Weltmeister»), он незаметно перетекает в экзистенциальную (мело)драму социального работника по уходу за старыми и безнадежно больными, ежедневно балансирующего на краю чьей-то жизни.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *