Сима Васильева: «Время, которое дано, не должно быть потрачено впустую!»

В Лондоне с 30 января по 2 февраля при поддержке фонда Genesis Philanthropy Group будет проходить фестиваль русскоязычной еврейской культуры ARBUZZ J-FEST. В рамках фестиваля 1 и 2 февраля также откроется выставка работ художницы Симы Васильевой.

«Пульс UK» пообщался с Симой, обсудив участие в выставке, планы на будущее, а также с чего началась ее любовь к искусству.

– Сима, расскажите, пожалуйста, о вашем детстве. Были ли в нем какие-то предпосылки, что вы будете заниматься живописью?

– Я родилась в небольшом городе на Украине. Возможностей для обучения искусству там было мало. Одно время я посещала изостудию. Учил нас неординарный художник. Как теперь понимаю, он был алкоголиком и советовал нам лизать языком краски. Зачем – непонятно, но это одно из ярких воспоминаний того периода.

Сима Васильева: «Время, которое дано, не должно быть потрачено впустую!»

Мои родители поощряли мое увлечение искусством, но, видимо, беспокоились, что я буду вести богемную жизнь. Впрочем, в итоге-то так и получилось! Но в то время, когда я была прилежной школьницей, еще одним моим большим увлечением была геология, которая также вызывала у них страх. В общем, они старались найти для меня золотую середину – в результате я поступила на географический факультет МГУ. Уже на первом курсе поняла, что это не мое. А потом все повернулось само собой – я защитилась, родила второго ребенка и по специальности почти никогда не работала. Но уже в 80-х годах вернулась к своему увлечению живописью. Друзья из Школы народных ремесел обучили меня технике городецкой и палехской росписи, но я отошла от традиционных сюжетов и начала расписывать доски в собственном стиле. Моим окружением была творческая интеллигенция, социологи, философы, многие из них шестидесятники, диссиденты. Я читала много литературы из тамиздата и самиздата. Не случайно многие сюжеты моих работ являлись сатирой на советскую реальность. Работы пользовались успехом у западных корреспондентов и дипломатов, их тут же покупали, я не успевала удовлетворить спрос. А потом началась перестройка, и в 1986 году несколько моих работ взяли на 17-ю Молодежную художественную выставку.

– То есть у вас нет профильного художественного образования?

– Нет. По сути, я самоучка. Но я училась и продолжаю учиться всю жизнь. Увлечение искусством началось, когда мама рассказала мне об эпохе Возрождения, тогда мне было лет восемь. С этого возраста я начала читать энциклопедии, искала книги и альбомы по искусству. Читала и перечитывала книгу о спасении Дрезденской галереи во время войны. Лет в 14-15 прочитала много романов Фейхтвангера, один из них «Гойя» – так родился интерес к испанским художникам – Гойя, Веласкес, Эль Греко.

После окончания девятого класса поехала в Ленинград на месяц и провела почти все время в Эрмитаже.

– А у вас есть любимые музеи или галереи, куда вы готовы отправляться снова и снова?

– Я люблю Эрмитаж, Музей изобразительных искусств им. А.С. Пушкина, Третьяковскую галерею, в Лондоне – Тейт Модерн, Национальную галерею и Кенвуд Хаус, рядом с которым живу.

– Творчество каких художников оказало на вас влияние?

– Очень много художников, которых я люблю. При этом нельзя сказать, что я использую их технику, стиль. Это влияние не прямое. Многие из них пришли как раз из того времени, когда я читала энциклопедии по искусству. Например, после итальянского Ренессанса и увлечения испанской живописью мой интерес сдвинулся в сторону северного Ренессанса, я полюбила Кранаха, Дюрера, Брейгеля, Босха. Позже, прочитав роман Ирвинга Стоуна «Жажда жизни» о Ван Гоге, открыла для себя и этого художника.

Михаил Врубель – один из тех художников, любовь к которому осталась со мной навсегда. Еще мне близки Марк Шагал, Рене Магритт, Амедео Модильяни, я люблю русский авангард, Рембрандта и Вермеера. Вот такой мой пантеон художников.

– Совсем скоро на фестивале J-Fest откроется ваша выставка, посвященная Нико Пиросмани. Как родилась идея создать работы, посвященные этому художнику?

– Пиросмани – тоже моя большая любовь. Я увидела его работы, еще будучи на первом курсе, когда проходила крупная выставка его работ в Москве. И он произвел на меня колоссальное впечатление.

 

Сима Васильева: «Время, которое дано, не должно быть потрачено впустую!»
“Девочка и жираф”. Из серии “Пиросмани снова с нами”

И вот не так давно, пару лет назад, я стояла в грузинском ресторане «Тамада» и рассматривала стены, ожидая свой заказ. И мне почему-то вспомнился Пиросмани. И родилась фраза: «Пиросмани снова с нами». Я тут же начала работать над этим проектом. Я отталкивалась от его работ – например, от картин «Актриса Маргарита» и «Жираф» (также меня вдохновило одно из моих любимых и одноименных стихотворений Гумилева). Я совместила их, создав свой собственный вариант.

– Вы переехали в Лондон в 90-е годы. Вы помните свои ощущения от «неожиданной» эмиграции? Как вы себя чувствовали в новой стране?

– Через пару недель будет тридцать лет, как я живу в Лондоне. Он стал моим домом, хотя иногда хочется куда-то сорваться.

Идея «уехать» всегда присутствовала в нашей семье. Особенно сильно хотел уехать муж. И как только представилась возможность, мы подали документы в США и, собственно, в Англии оказались по пути туда. Но потом возникли сложности – нам советовали вернуться обратно в Союз, чего мы совершенно не хотели делать из-за нестабильной ситуации. Кроме того, после статьи обо мне в журнале «Огонек», где на обложке была напечатана моя работа «Русская баня», разразился скандал. В редакцию стали пачками приходить письма с угрозами, с призывами осудить меня, наказать и даже казнить. В Москве на меня было совершенно нападение. С получением вида на жительство нам помог Еврейский комитет – так началась наша британская жизнь.

Сима Васильева: «Время, которое дано, не должно быть потрачено впустую!»
“Русская баня”

Моя карьера развивалась стремительно, начиная с первой выставки. Почему – до сих пор для меня загадка. Интерес к моим работам был не только среди московской публики, мои работы покупали зарубежные ценители искусства, у меня было много контактов – я знала посла Франции, первого секретаря посольства Германии. Я уезжала из СССР успешным и финансово независимым художником.

Сима Васильева: «Время, которое дано, не должно быть потрачено впустую!»

И приехав в Англию, на волне всеобщего интереса ко всему советскому смогла уже летом 1991 года провести первую выставка «Red Square» в одной из галерей в Сохо, нашла личного агента, которая затем договорилась о последующей выставке. Жизнь в Лондоне в начале 90-х бурлила, появились заказчики, я участвовала в двух летних выставках Royal Academy of Arts.

– В Советском Союзе людям искусства приходилось выкручиваться, чтобы пройти цензуру. Сейчас художники зависят от помощи кураторов и агентов. Всегда существуют какие-то препятствия, давление извне. На ваш взгляд, искусство может быть свободным?

– Советская цензура была ужасна! Сколько фильмов лежало на полках и так никогда не дошли до зрителя, сколько неопубликованных произведений или уничтоженных тиражей журналов, книг! За всем этим стояла личная трагедия автора. Однако в некоторых случаях давление цензуры создавало особые формы, когда многое было выстроено на намеках и полутонах, и отдельным авторам это шло на пользу.

Когда художник хочет попасть в определенную галерею, работать с определенным куратором, стать участником той или иной группы, начинается внутренняя цензура.

Самоцензура и ее механизмы одинаковы везде – на Западе, в России, везде!

Что происходит в России – непонятно. С одной стороны, возникает ощущение, что есть свобода, а с другой стороны – избирательно под прицелом оказываются отдельные режиссеры, художники. В 2014 году я поехала в Москву с новой выставкой «Совков», где главным персонажем был Вова («Путин»), а вторым – Распусин («Распутин» и «Pussy Riot»). Меня предупредили, что с этим могут быть проблемы. Я не понимала: какие, почему?! Но так и вышло: один знакомый совсем попросил снять эти работы с выставки, другой посетовал, что ему будет «неудобно говорить об этом» перед его духовным наставником. Было очень странно. Возникло ощущение, что цензура вернулась.

Сима Васильева: «Время, которое дано, не должно быть потрачено впустую!»

На Западе сейчас ничего подобного советской цензуре нет. Зато сейчас существует такое понятие, как политкорректность, – и иногда это доходит до абсурда. В искусстве нельзя выставлять какие-то параметры, границы – это убивает все творчество.

– Получается, что проблемы, скрытые символы видят там, где их нет. Как вы относитесь к критике?

– Любая критика, интерпретация – это интересно. Мои работы подвергались подобному анализу – было интересно узнать, что публика думает о моих произведениях. Но с другой стороны, нужно понимать, что художник не всегда находится в центре работы, он может отойти от нее и передавать чью-то точку зрения или ситуацию такой, какая она есть. Например, в 1993 году у меня была выставка в Лондоне в еврейской галерее Бен Ури. Ее чуть не закрыли из-за работы «Жид-Горыныч» (с изображением Маркса, Энгельса и Ленина), так как какой-то профессор британского университета обвинил меня в антисемитизме. Пришлось объяснять, что я просто отражала ситуацию, которая существовала в Союзе в 1989-м, когда работа написана.

– В Берлине проходил вечер «Амазонки в тропике Рака», посвященный раковым заболеваниям. Вы сами столкнулись с этим. Почему вы захотели рассказать об этой проблеме посредством искусства?

– Я этим спаслась. На тему раковых заболеваний нужно говорить как можно больше. До того, как я узнала о моем диагнозе, в моей жизни произошли три очень трагических события. После них узнать о раке было не так страшно, потому что самое тяжелое и страшное было «до». Но первое, что я сделала, придя домой, еще не зная стадии заболевания, – зарисовку с изображением себя, но с уже обритой головой, стоящей под японскими воротами Тории. А через несколько дней еще один эскиз – себя в образе амазонки, которая целится по раковым клеткам, то есть смирение сменилось на желание бороться.

Сима Васильева: «Время, которое дано, не должно быть потрачено впустую!»

Болезнь вызвала у меня огромный стимул творить, доказать себе, что я могу еще что-то сделать, что время, которое дано, не должно быть потрачено впустую. Я выбросила всю негативную энергию в этот проект.

– Что для вас важно в ваших работах?

Сима Васильева: «Время, которое дано, не должно быть потрачено впустую!»
“Древо жизни”. Фрагмент

– Говорить об актуальных проблемах. Предстоящая выставка мне очень важна. В ситуации, которая создана на сегодняшний день, когда в обществе, в политике нарастает антисемитизм, раздутый в СМИ, этот фестиваль невероятно актуален. Его главная цель – представить многогранность и взаимодействие культур, рассказать о вкладе людей еврейского происхождения в русскую культуру.

– Ваши дальнейшие планы?

– Я хочу провести выставку, затрагивающую темы экологии. Рабочее название у нее – «Природа. Экология. Шаманы. Тотем». Сейчас очень много говорят на эти темы: глобальное потепление, изменение климата. Но иногда говорят необоснованную чушь. Еще где-то в 99-м году я создала несколько эскизов на тему экологии – думаю, пришло время подготовить подобную выставку. Все-таки не просто так я училась на географа – мне есть что сказать.

Беседовала Ольга Кентон
Фото Алина Агаркова

Программа фестиваля ARBUZZ J-FEST arbuzz-lectures.co.uk/fest