Провинциалка в большом городе

Img: Masha Trotzky

Недавно у меня был маленький эмигрантский юбилей – 5 лет со дня, когда я беременным колобком выкатилась  по трапу в терминале Гэтвика, не слишком осознавая, что жить мне теперь предстоит в загадочной и неизвестной Англии.

Новый дом встречал уютным дождиком, лоскутным одеялом зеленых полей с овечками на вольном выпасе, таксистом пакистанского происхождения и редким, как я потом уже узнала, отсутствием пробок на М25 по пути из аэропорта.

Однако же расслабляться было рано, уже на въезде в город новая реальность настигла меня разрывом всех шаблонов. Что в понимании человека, прожившего большую часть сознательной жизни в городке с населением 300К человек (Лондон – 9 миллионов для сравнения) должен представлять из себя Супер_Мега_Мегаполис? Ну что-то вроде Нью-Йорка из фильма «Пятый элемент». О’кей, пусть без летающих машин, но с бесконечными небоскребами, суетой и движением 24-7, огнями реклам, китайской уличной едой и воем полицейских сирен.

Мне очень хотелось уточнить у таксиста, правда ли мы приехали в Лондон. Просто не верилось, что эти уютные улочки, двухэтажные викторианские дома, пряничные районы, засаженные розами и пальмами (Пальмами! Магнолиями! Папоротником! Памагитиии, где здесь туманы-холод-мерзопакость-выживет_сильнейший?!) и есть самое настоящее лицо города. Точнее, одно из его сотни лиц, но об этом позже.

Первым пунктом квеста «Жизнь в новой стране» стал поиск квартиры. Знаете, как этот процесс выглядит в Симферополе и Киеве (собственно, двух городах, в которых я жила «до»)? Нужно взять несколько случайных объявлений из газеты или местного интернет-портала, с вероятностью в 99% по указанному номеру ответит не хозяин квартиры, а риелтор. Разумеется, описанной в объявлении квартиры (двушки со свежим ремонтом в центре города и за три копейки) никогда не существовало, но это неважно. Вы говорите, что вам нужно и за какие деньги, риелтор предлагает что-нибудь похуже и подороже, после некоторого количества матюков приходите к компромиссу, а дальше самое интересное – встреча с хозяином квартиры. Это непременное условие, на вас должны посмотреть, понюхать, оценить, убедиться в вашей платежеспособности, исходя из свежести маникюра и знака зодиака. Если произведено нужное впечатление, сразу же на месте вы рассчитываетесь наличными с риелтором (средний гонорар – половина месячной оплаты), подписываете типовой договор, отдаете деньги хозяину за месяц вперед, получаете ключи. Риелтора вы больше не увидите никогда, его миссия выполнена, договор можно смело выкидывать, он не имеет никакой юридической силы, все вопросы теперь вы будете решать исключительно с хозяином, поэтому нужно пойти в церковь и поставить свечку на удачу, чтобы он оказался адекватным и не навещал вас с проверкой каждую неделю.

Арендуя квартиру с помощью агентства в Лондоне, хозяина (лендлорда) вы можете не увидеть и даже не услышать никогда. Все необходимое общение будет происходить через посредника. Если вы обаятельный красавчик «славянской наружности», здесь про этот козырь придется забыть. На его место становятся выписки из банковского счета, отчет по кредитной истории, письмо с места работы, письменная рекомендация от предыдущего лендлорда и прочие бумаги, подтверждающие, что вы всячески надежный и стабильный человек. Чем больше бумаг и цифр на счете, тем больше шансов без проблем найти квартиру. Обязательное условие при аренде – оплата депозита размером от 1 до 2 (в среднем полутора) месяцев. Если по окончании договора аренды вы решите переехать и квартира после вас останется в таком же состоянии, как до заселения, депозит вам вернут или вернут частично, если нужно будет возместить какой-либо ущерб. Все трещинки, царапины и поломки, которые были в квартире изначально, должны быть описаны в договоре, и в ваших же интересах тщательно проверить все эти 30-50 листов.

Вообще, аренда – тема огромная, здесь бесконечная история противостояния лендлордов и тенантов (арендаторов), недобросовестные люди встречаются по обе стороны баррикад, а закон несовершенен. Разборки в случае конфликтов могут длиться годами, поэтому кое-что общее с родными краями здесь есть: идите и молитесь, чтобы вам повезло.

Благодаря срочному поиску квартиры и необходимости ездить смотреть варианты я со старта вляпалась в знакомство с не туристическим Лондоном, и началось оно с моей паники в метро. Клянусь, когда я впервые увидела эту карту, я сразу же смирилась с тем, что искусство подземного передвижения мне не постичь никогда. Да что там подземного – вся система общественного транспорта представлялась мне тайной наукой, доступной избранным и изобретенной с единственной целью – замучить понаехавших до смерти. Мне с моей крайней степенью топографического кретинизма было, если честно, очень страшно. Слава гугл-картам и какому-то чуду, через год все стало просто и понятно, но это уже другая история.

Очевидные для меня сейчас вещи, о которых я не знала тогда: город делится на кольцевые зоны в зависимости от близости к центру, у каждого района есть свой индекс, и по ним иногда проще ориентироваться, чем по названиям районов, потому что можно как минимум понять географическое расположение – NW: North-West, SE: South-East и т.д. Благополучие района мало зависит от зоны. Страшные трущобы есть и в центре, лакшери-сегмент часто встречается в пригороде.

Цены на недвижимость очень зависят от школ, расположенных в этом районе. Именно рейтинг ближайшей школы может быть для многих решающим фактором при выборе жилья.

Вообще, люди здесь помешаны на обучении своих детей. Кроме школы у ребенка должно быть минимум две секции, в идеале спорт и что-то творческое, а если он, к своему несчастью, билингв, то никак не отвертится от русской школы на выходных.

Мама отвела меня на линейку в первом классе, в следующий раз появилась в школе на выпускном. Папа, по-моему, вообще не был в курсе, где я учусь и сколько мне лет. Добиралась я до школы на троллейбусе, одна, 40 минут в одну сторону.

Нет, я не считаю это правильным и тем более единственно правильным подходом, учитывая настоящее время. Говорить «Ну вот, выросла же я нормальным человеком!» не буду тоже, потому что это неправда. Но… может, кто-то знает бабушкин заговор от родительского невроза?

Ладно, по теме образования в Англии можно смело писать докторские, а о чем можно говорить мало и с удовольствием – это еда.

И я сейчас не об особенностях национальной кухни. Самым приятным для меня было и остается – свежие и спелые овощи и фрукты в супермаркетах. Авокадо или манго, которым не нужно лежать неделю, прежде чем их возможно будет хотя бы разрезать, черешня и малина круглый год, кукуруза нежнее облачка, сладкие арбузы зимой – да пожалуйста.

А тысяча и один сорт сыра, а морепродукты всех мастей, да божежтымой, если вы забыли, что такое пустые полки в магазине (ой, перед локдауном же вспоминали), сырный продукт (это а-ля сыр, но не совсем), перемороженный лосось в ползарплаты и макароны, на которые можно обои клеить, поцелуйте перед сном сумку из вэйтроуз, пусть эти кошмары навсегда останутся в прошлом.

Кстати, в России и Украине сеть «Маркс и Спенсер» – это магазины исключительно одежды. Я очень удивилась в первый раз, прибежав на знакомое название и оказавшись среди продуктовых полок.

Еще один шок первого года – повсеместное использование государственной почты. Отправить почтой паспорт, права, любые важные документы, существующие в единственном экземпляре, совершенно нормальная практика. К этому было сложно привыкнуть, учитывая, что дома для таких вещей нужно нанимать частного курьера и вообще ехать с ним вместе на такси по адресу, чтобы не было сюрпризов.

Очень сильно поменялось мое отношение к вторичному использованию чего угодно. Совершенно незаметно здесь входит в обиход многоразовая бутылка для воды, стаканчик для кофе, сумки для продуктов. К вещам стало появляться более спокойное и осознанное отношение, все лишнее регулярно отдается в благотворительные магазины, да и побродить там бывает интересно. Носить «секонд-хенд» здесь не бедность, а признак экологического мышления.

Возвращаясь к спорным темам, нельзя не отметить NHS, государственную службу здравоохранения. Главный ее принцип: если человек не собирается склеить ласты вот_прямщас, ему нужно дать парацетамол и отправить домой. Парацетамол здесь используется для всего: от простуды, воспалений, боли в схватках, потери смысла жизни. Но если вам действительно вот-вот кирдык, с большой вероятностью вас спасут, и это будет бесплатно. У меня здесь было два серьезных опыта взаимодействия с NHS – роды и лечение онкозаболевания, оба раза это был высший класс. Возможно, мне повезло, но вероятность такого везения здесь намного выше, чем было бы дома.

Наверное, вспоминать и сравнивать можно бесконечно, но есть еще кое-что важное, о чем хотелось бы сказать. Нередко я слышу, что мы, эмигранты, всегда будем здесь чужими и «вторым сортом», до конца своих дней будем подвергаться насмешкам и презрению со стороны средней степени высокородности англичан, всяческим гонениям и лишениям.

Мне очень хочется посоветовать всем, кто чувствует именно так, перестать оценивать себя, используя вообще такие понятия, как класс, нация, религия, пол, возраст, марка машины. Пусть вы не потомок (или, наоборот, очень даже потомок) царей и лордов, ваш английский на уровне «Ландан из зэ кэпитал оф Грэйт Британ», а на банковском счете не миллион миллионов, а £20 детского пособия – почему это должно характеризовать вас как личность?

В мире много людей, хороших и плохих, адекватных и не очень, всегда найдется тот, кто захочет обчесать о вас свои травмы и помахать перед носом белым пальто, но только вы сами можете придать значимость словам и действиям другого человека.

Часто случается так, и в моем случае так же, что у себя дома мы строили жизнь, начиная с образования, карьеры, добивались каких-то высот, и с переездом было потеряно все: статус, связи, возможности. Нужно начинать жизнь сначала, вот только уже не в 18, а в 30-40 лет, и не с должности директора компании, а с официанта в придорожном кафе (в не самом плохом случае). Конечно, это непросто и во многом обидно.

Но вы – это не набор дипломов и медалей.

«Взрослые очень любят цифры. Когда рассказываешь им, что у тебя появился новый друг, они никогда не спросят о самом главном. Никогда они не скажут: «А какой у него голос? В какие игры он любит играть? Ловит ли он бабочек?» Они спрашивают: «Сколько ему лет? Сколько у него братьев? Сколько он весит? Сколько зарабатывает его отец?» И после этого воображают, что узнали человека. Когда говоришь взрослым: «Я видел красивый дом из розового кирпича, в окнах у него герань, а на крыше голуби» – они никак не могут представить себе этот дом. Им надо сказать: «Я видел дом за сто тысяч франков» – и тогда они восклицают: «Какая красота!» «Маленький принц», Экзюпери.

Как бы ни сложился мой день, я могу выйти на улицу и почувствовать себя героиней фильма, я до сих пор смотрю на все, что меня окружает, как на огромные декорации. Город существует сам по себе, он был до меня и будет после, но сейчас я часть его, а значит, часть чего-то огромного, красивого, сильного. Говорят, через 20 лет это чувство исчезает, но я не верю.

 

Надежда На