Балет – это священная служба

Natalia-Makarova Балет – это священная службаГлубокий талант Натальи Макаровой сиял в самых знаменитых театрах мира и продолжает вдохновлять следующие поколения танцоров балета». Эти слова, адресованные прославленной русской балерине, прозвучали в декабре минувшего года на торжественной церемонии вручения премии Центра исполнительских искусств имени Кеннеди в Вашингтоне. Награда, по статусу сравнимая со званием рыцаря в Великобритании и орденом Почетного легиона во Франции, присуждается «за выдающийся вклад в американскую и мировую культуру».

Вклад Натальи Макаровой в мировую культуру начался более полувека назад, за тысячи километров от Вашингтона, в родном Ленинграде. Окончив в 1959 году Вагановское хореографическое училище, балерина более 10 лет работала ведущей солисткой Ленинградского театра оперы и балета имени Кирова. 4 сентября 1970 года во время гастролей театра в Лондоне Наталья попросила политического убежища в Великобритании – первая женщина-балерина в истории, решившаяся на такой шаг. В одночасье все переменилось: в СССР вместо титула солистки-балерины знаменитого театра страны – звание «невозвращенки», на Западе – начало нового стремительного, бурного, порой мучительного, озаренного творческими открытиями и упоительными победами пути к осуществлению своего жизненного призвания.

Уже в декабре 1970 года Макарова стала прима-балериной Американского театра балета, в 1972 году получила статус приглашенной звезды Лондонского Королевского балета, с 1984 года – статус постоянной приглашенной звезды Лондонского фестивального балета, выступала с крупнейшими балетными труппами мира. Известные балетмейстеры – Джордж Баланчин, Джером Роббинс, Энтони Тюдор, Серж Лифарь, Глен Тетли считали честью работать с Макаровой. Многие из них ставили балеты и па-де-де специально для нее.

В 1982 году в созвездии талантов Натальи сверкнула новая грань – драматической актрисы. В возобновленном ради нее на Бродвее мюзикле Ричарда Роджерса, Лоренца Харта, Джорджа Эббота и Джорджа Баланчина «На пуантах» она сыграла главную роль танцовщицы Веры Бароновой. За эту роль актриса получила множество престижных театральных премий, среди которых Tony и премия Лоуренса Оливье. Не менее значительные события произошли и в личной жизни балерины: в 1976 году в Сан-Франциско она вышла замуж за бизнесмена Эдварда Каркара; свидетелем на их свадьбе был Михаил Барышников. 1 февраля 1978 г. у супругов родился сын Андрей.

Блистательная балерина, блистательная женщина, блистательная карьера…А возможностью побеседовать со знаменитой балериной ассолюта XX столетия мы обязаны большому событию – в апреле в Королевском театре «Ковент-Гарден» Наталья Макарова представляла свою версию «Баядерки». Наша встреча состоялась перед одним из премьерных спектаклей.

 – Бывая на спектаклях российского балета, поражаешься не только мастерству исполнителей главных партий, но и ювелирной отточенности движений кордебалета. Английский балет, к сожалению, далеко не всегда радует подобным уровнем. Это действительно так или просто наше русское имперское мышление мешает быть объективными?
– Все равно русские «впереди планеты всей» в балете! Русские звезды – самые яркие и всегда востребованы.

 – С чем это связано?
– В первую очередь со школой, образованием; а также с одаренностью и талантами, конечно. Это комплекс – школа + талант. Не забывайте, в балете есть цикличность, периоды, когда появляется множество талантливых исполнителей, и времена, когда их мало. Мне кажется, в английском балете в данный момент ощущается нехватка сильных балерин и танцовщиков. Да и само понятие «английский балет» весьма условно: в труппе преобладают иностранные исполнители – из Аргентины, Бразилии, России, Италии, Венгрии и многих других стран.

– Вы в детстве сами приняли решение стать балериной?
– Это случайно произошло – как и все важнейшие события моей жизни, которые происходили как будто ненароком. Я в этом смысле фаталистка – думаю, что всю жизнь меня кто-то за руку ведет. В Ленинграде я как-то проходила мимо хореографического училища, прочла, что там набирают экспериментальный курс, зашла вовнутрь. Когда стали записывать мои данные, так растерялась, что даже телефон неправильно назвала! Но каким-то чудом спустя два месяца меня разыскали сотрудники училища и предложили там учиться. Родители были против – в те годы ведь профессия балерины не считалась серьезным занятием, однако дирекция настаивала. Наверное, что-то они во мне тогда разглядели. Пропорции правильные? Так в 13 лет я стала ученицей Вагановки.

– Решение уехать из Советского Союза в 1970 году, наверное, далось вам нелегко?
– Нет, это было абсолютно спонтанное решение, принятое под влиянием друзей. Если бы я что-то подобное заранее планировала, никогда бы не смогла осуществить – не тот характер. Было трудно решиться, но когда приняла решение – почувствовала освобождение.

– У вас не было страха за родных?
– Понимаете, мои родные – люди не очень известные в обществе, поэтому страха разрушить их карьеру или судьбу у меня не было.

– Была возможность поддерживать связь с семьей в России?
– Трудно было. Иногда находились люди, которые рисковали, брали у меня какие-то вещи или деньги и передавали моим родителям в России. Этим добрым людям я благодарна до конца жизни. Интересно, как в те годы по телефонным звонкам можно было судить о взаимоотношениях между Советским Союзом и Западом: либо звонки не соединялись вообще, либо нас подслушивали или связь прерывалась.

Елена Рагожина

Полную версию интервью читайте – «Новый стиль» (6/2013).

Фото: Martha Swope.

 

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *